По благословению Епископа Покровского и Николаевского Пахомия

Православное заволжье

Официальный сайт Покровской Епархии

Русская Православная Церковь Московского Патриархата

История калдинской церкви

Калдино — типичное заволжское село, лежащее в истоках реки Еруслан. Как в капле воды отражается море, так и в истории тихого сельского прихода отразилась драматическая история Русской Православной Церкви. Недалеко от реки, в нижней части села ныне пустырь. Но память людская хранит, что именно здесь располагались и первый, и второй деревянные храмы во имя Михаила Архангела и прочих Бесплотных Сил.

Основание села

Калдино (второе название села — Верхний Плёс) основано предположительно в 1837 году, как и большинство селений, находящихся на территории современного Фёдоровского района. Его нет в списке «Сведения о населенных пунктах Новоузенского уезда за 1839 год». Но в документе позже всего на несколько месяцев в деревне Верхнем Плёсе значится уже 198 мужских душ из предназначенных 500. Все селения Фёдоровского района (Романовка, Фёдоровка, Верхний Плёс, Семёновка, Ивановка и Лихомановка) отличаются от других населенных пунктов Новоузенского уезда именно этой круглой цифрой 500, что позволяет предположить, что заселялись они в одно время и по одному шаблону. На этот же год указывает и церковная летопись Михаило-Архангельской церкви села.

Первые документы о строительстве Михаило-Архангельской церкви относятся к началу 1859 года. В среднем по Самарской губернии между основанием селения и строительством в нем церкви проходило 25 лет, так что Калдино абсолютно типично и в этом смысле. Строительство церкви предполагало серьезные затраты, да и расположение селения не требовало принятия срочного решения: в 1838 году начали действовать молитвенные дома в Фёдоровке (в 20 верстах) и в Семёновке (в 10 верстах). Калдинцы были приписаны к Николаевской церкви Семёновки.

Прошение в консисторию

Итак, весной 1859 года попечитель предполагаемой к постройке церкви, государственный крестьянин Ефрем Михайлов Юров, написал в прошении от имени прихожан, что «...деревня Верхний Плёс от приходской церкви села Семёновки находится в 10 верстах, и путь к ней пересекают четыре оврага, которые в зимнее время, будучи наполнены снегом, а в весеннее и частично в летнее время — от дождей водой, препятствуют в сообщении с церковью, особенно же зимой во время вьюг и метелей». Потому жители деревни Верхний Плёс сочли необходимым построить в своей деревне церковь, с учреждением при ней отдельного прихода и причта.

Однако не всё решало желание крестьян. Устроение храма начиналось лишь по благословению епископа, а для казенных селений свое заключение давала и Палата государственных имуществ. И в своем ответе Самарской духовной консистории 12 сентября 1859 года Палата напомнила, что «...приход будет состоять только из 331 мужского пола души, а число это слишком недостаточно для обеспечения причта». Установленными правилами тех лет строительство церкви с самостоятельным приходом разрешалось консисторией в том случае, если количество прихожан было более 700 мужских душ. Содержание прихода в малонаселенных селениях было экономически невыгодно. Решение оставалось за епископом.

И вот через три месяца, 12 декабря 1859 года, всесторонне взвесив все обстоятельства, Самарская духовная консистория приняла это решение: «Принимая во внимание усердное желание жителей деревни Верхнего Плёса иметь в своей деревне церковь, по дальности расстояния от приходской церкви и по неудобству сообщения с ней, и имея в виду, что ...будущий причт может содержаться при исправном исполнении жителями обязательств и при обеспечении оного содержания от казны, ...дозволить жителям деревни Верхнего Плёса построить в той деревне церковь на избранном месте во имя Архистратига Михаила».

Подрядчик

На строительство церкви жители подрядили крестьянина Симбирской губернии Сингилейского уезда с. Белого Озера госпожи Нарышкиной Артемия Ивановича Куликова, который из своего материала взялся выстроить деревянную на каменном фундаменте церковь по представленному фасаду. И, сверх того, поставить временную часовню на столбах и амбар из соснового леса в длину на 3-х, а ширину на 2-х саженях для складки могущего быть церковного хлеба и сохранения других в нем пожертвований, за всё 2571 руб. 43 коп. серебром. Контракт с Куликовым был заключен 30 августа 1860 года. Начать постройку церкви Куликов обязался сразу же, а окончить полностью в течение 1861 года. На попечении жителей оставались доставка материалов на место постройки, а также камень, песок и вода для фундамента и цоколя. Деньги должны были выдаваться подрядчику по мере доставки материалов и производства самих работ. До окончательной отстройки церкви и ее освидетельствования общество оставляло 557 руб. 14½ коп. в виде залога в исправном окончании работ.

Прихожане прекрасно понимали, что строительство новой церкви — дело небыстрое. Поэтому, как видно из текста выше, с подрядчиком оговорили и строительство временного молитвенного дома. В контракт он уже не вошел; видимо, был построен зимой 1860 года, поскольку уже с начала этого года начали вестись метрические, исповедные и приходо-расходные книги. Просуществовал молитвенный дом недолго: он значится лишь в ведомости 1860 года. Скорее всего, по мере готовности церкви служение было перенесено туда, а материалы были использованы на строительство церкви.

Неожиданная находка

Чертежи церквей Новоузенского уезда удается встретить очень редко, однако на этот раз автору повезло. Архитектура церквей середины XIX века не блистала разнообразием, так как разрабатывать проекты было особо некому. Чтобы избежать явных ошибок в строительстве, Министерство государственных имуществ с помощью опытных архитекторов разработало некоторое количество типовых проектов; они и предлагались сельским обществам. Однако проект на постройку церкви с временной колокольней в деревне Верхнем Плёсе, присланный при предписании Палаты государственных имуществ 18 февраля 1860 года за № 4755, жителями Верхнего Плёса был признан недостаточным. Они просили утвердить другой избранный ими проект и разрешить поскорее постройку, ибо подрядчик Куликов приготовил уже и часть материалов. Признан удобным жителями был проект № 9 из атласа проектов и чертежей сельских построек, изданного от Департамента сельского хозяйства Министерства государственных имуществ в 1853 году.

Благодаря точной ссылке не быстро, но атлас всё же удалось найти. Этот высочайше одобренный проект церкви без обшивки на 300 человек был почему-то рекомендован для селений Томской и Тобольской губерний. В объяснении чертежей значится: «Церковь длиной с алтарем и колокольней до 10 саженей (21,5 м), шириной во внутреннем диаметре 4 сажени (8,5 м), высота колокольни с крестом 10½ сажени (22,4 м)». Из церковного отчета мы знаем дополнительно, что «алтарь в длину 2 сажени и ширину полторы сажени». На основании упомянутого типового проекта инженер-топограф Локман сделал чертежи и разметил место под церковь.

Строительство

Как видно из церковной ведомости, уже к концу 1860 года церковь была вчерне построена. Однако дальнейшее строительство и отделка затянулись на годы. Лишь 31 июля 1863 года церковь обследовал помощник инженера Палаты государственных имуществ Органов. Он донес Палате, что «...церковь в деревне Верхнем Плёсе хотя и выстроена из хорошего материала, но работа произведена не вполне отчетливо. Главнейший недостаток состоит в плане, что полы настланы весьма неровно и уже теперь дали значительные трещины». Хозяйственное отделение Палаты потребовало исправить найденные недостатки. Однако, похоже, что подрядчик Куликов не рассчитал свои силы. Фёдоровское волостное правление во главе с Данилой Трипольским рапортовало Палате государственных имуществ, что «...подрядчик постройки церкви в деревне Верхнем Плёсе, по несостоятельности своей, исправить найденные помощником инженера Палаты Органовым недостатки не может».

Делать было нечего, и крестьяне селения обязались это исправить сами. Так или иначе, вскоре все недостатки были устранены. Антиминс был освящен епископом Самарским и Ставропольским Феофилом в городе Самаре 19 июля 1863 года, а 20 февраля 1864 года и сама церковь в Калдино была освящена во имя святого Архистратига Божия Михаила и прочих Бесплотных Сил, открыв новую страницу в истории села.

Храм простоял в селе до начала XX века. Дожди и солнце делали свое дело, и уже в 1890 году священник Николай Аксёнов писал в отчете: «Производя приятное впечатление новизны и свежести снаружи от удачно произведенной капитальный окраски, внутри святой храм наш очень мрачен и ветх, как мрачен и ветх святой иконостас его, с которого позолота и резьба обсыпались и продолжают обсыпаться». По мнению священника, ремонт был бесполезен, так как ветхость была вызвана малостью и теснотой храма — стены отпотевали от большого количества народа.

Вторая жизнь

Хорошо известно, что в 1901 году в Калдино был выстроен и 20 сентября 1902 года освящен новый, уже трехпрестольный храм. Как же сложилась судьба старого? Ввиду дороговизны дерева, история строительства церквей в Заволжье во многом заключается в переносе церкви из одного селения в другое. Так произошло и со зданием калдинской церкви.

Указом Самарской духовной консистории от 20 августа 1901 года за № 14128, по резолюции епископа Самарского и Ставропольского Гурия, было разрешено передать старую церковь крестьянину с. Калдино Ивану Ивановичу Вдовину для жителей деревни Малаховки Новоузенского уезда. Здание вместе с иконостасом было продано ему за 2500 руб.

Кто же такой Вдовин и почему здание было продано ему, а не жителям Малаховки? Малаховка на тот момент — небольшая деревня, заселенная не так давно, в 1885 году, благочинный II округа Новоузенского уезда отец Сергий Розалиев писал в рапорте в 1899 года: «Жители деревни Малаховки — бедные переселенцы; пятилетний недород хлеба превратил их в нищих; о постройке храма помину нет».

А вот Иван Иванович Вдовин, крестьянин с. Калдино, был в начале XX века очень крупным землевладельцем: в Новоузенском уезде за ним числилось 18 006 десятин земли. Так сложилось, что именно в Натальинской волости, близ Малаховки и Балашей, были самые большие наделы земли Вдовина, там же стояли его паровые мельницы. И вот, в традиции русской купеческой благотворительности, Вдовин выкупил старое здание церкви и подарил его жителям Малаховки. Иждивением Вдовина же была возведена и церковь в Балашах, немалые средства были вложены им в строительство новой церкви в родном селе Калдино.

К сожалению, долго не простояли ни перенесенная церковь в Малаховке, ни вновь выстроенная церковь в Калдино. В советское лихолетье церковь в Малаховке использовалась колхозом под зернохранилище и была закрыта решением Саратовского краевого исполкома от 25 января 1935 года.

Приход в селе Калдино продержался чуть дольше. Восемьдесят лет тому назад, в январе 1937 года, Центральный исполнительный комитет АССР Немцев Поволжья вынес решение о закрытии Михаило-Архангельской церкви в селе Калдино. Эта церковь была закрыта одной из самых последних среди православных церквей Фёдоровского кантона.

Геннадий Кузнецов

На фото макет Михаило-Архангельской церкви села Калдино

Пресс-служба Покровской епархии
Оставить комментарий
Поделиться в: