Уроки Преподобного

Уроки Преподобного

Я съездила к преподобному Сергию Радонежскому. Но как написать об этом? Рассказывать о красоте Лавры — дело неблагодарное, об этом уже так много написано… Говорить о благодати невозможно… Организатор паломнической поездки священник Андрей Аскаров посоветовал сделать материал в виде дневника паломницы — честно, день за днем, ничего не приукрашивая. Можно попробовать рассказать о том, что нового я узнала за эти дни. Узнала о себе, о людях. Преподобный Сергий — покровитель учащихся — преподал мне несколько уроков, а я сделала для себя ряд открытий…

Никогда не пытайтесь отказаться от благословения…

Поездка в Лавру к преподобному Сергию — для меня что-то вроде командировки, к которой я была совсем не готова. Поэтому, получив настойчивое благословение ехать, после робкой попытки протестовать, отхожу от Владыки Пахомия чуть ли не в слезах… Но внезапно приходит успокоение, и приходит оно как будто извне, вопреки человеческой логике — вот, значит, как действует благословение священника.

И все-таки сначала я роптала, погода — хуже некуда, батюшка все время куда-то мчится, в автобусе — чужие люди, а я привыкла ездить по святым местам со «своими».

Первая цель нашей поездки — Покровский монастырь в Москве. За окнами автобуса серый, уже осенний холодный дождь, наспех натянув на себя плащи, идем помолиться у мощей Матронушки… Стоим в очереди к блаженной под зонтами, в лужах, но, оказавшись внутри теплого храма, мы с дочкой с энтузиазмом трудимся у подсвечников, настраиваемся на молитву. Уже возле самой раки я наблюдаю, как игуменья открывает мощи для каких-то, видимо, особо выдающихся людей, и с удивлением замечаю, что меня это не раздражает, как это бывало раньше, и нисколько не обижает, что мощи закрывают перед самым моим носом. «Значит, так надо», — думаю. И это для меня достижение, честное слово.

Подъезжаем к Храму Христа Спасителя — но туда пока не пускают, и мы идем прогуляться по Красной площади. Батюшка снова где-то далеко впереди, мы мчимся за ним с такой скоростью, что это трудно назвать прогулкой. «Окажись перед отцом Андреем гладь морская, он промчится и по ней, даже не оглянувшись на нас», — не без раздражения думаю я.

Вернувшись к храму, я уже не пытаюсь найти группу, даю себе передышку — мы идем пить кофе.

В Храме Христа Спасителя группа разбредается — все хотят остаться наедине со своими чувствами, помолиться. Меня очень умиляет встреча с митрополитом Филаретом (Дроздовым), то есть, конечно, с его святыми мощами. Я прикладываюсь, отхожу и снова возвращаюсь: нагнувшись к стеклу, вижу кусочек его митрополичьего голубого облачения. В этой встрече для меня есть что-то очень личное — совсем недавно я писала немного о митрополите для детей, и мне кажется, что он знает об этом и тоже рад встрече. Это необычное ощущение — не единственное в ряду открытий этой поездки.

Потом мы долго стоим у витрины с огромным католическим вертепом. Искусная работа, столько деталей, что можно разглядывать вертеп часами. Но все-таки чего-то не хватает. Мы обсуждаем это и приходим к выводу, что нам очень не хватает… тайны. И еще нашего снега, огромного ночного неба со звездой, простоты…

Искушения нужно просто пережить, а Бог помогает даже в мелочах

Лавра встречает нас пронзительно холодным ветром, сыростью, отсутствием комфорта. Пять часов утра, исповедь в надвратном храме. Ощущение отчужденности, непонимания… До конца Литургии плачу от чувства, что никогда мне уже не исповедаться по-настоящему глубоко, искреннее, что этот холод — уже навсегда.

После Литургии идем приложиться к мощам Преподобного, затем нас впускают в Серапионовы палаты, где почивают мощи многих святых, где Божия Матерь являлась преподобному Сергию. И мир начинает для меня меняться, становится все более дружелюбным, и даже погода отвечает на мои чувства — появляется солнышко, хотя ледяной ветер по-прежнему пронзителен.

Экскурсия по Лавре очень интересная, мы с жадностью ловим каждое слово, и я с изумлением замечаю, что холод не мешает — какая-то сила помогает нам с дочкой с легкостью переносить его.

Святые постоянно молятся за нас, а прошлое никуда не делось…

Мы забирались на высоченную колокольню, с которой Лавра как на ладони — завораживающий бесконечный подъем по винтовой лестнице все выше и выше, мы движемся, будто против времени — было чувство, что внизу мы сейчас увидим Посад XIV века…

А потом мы попадаем в музей в здании Духовной Академии — он называется Археологическим кабинетом. Музей — еще одно открытие для меня, из него просто не хотелось уходить. Удивительные иконы, витрины, посвященные всем нашим Патриархам, начиная с Патриарха Тихона. Мы видим их облачения, личные предметы, портреты, уникальные фотографии, меня не оставляет ощущение их живого присутствия здесь. Наши молитвенники — рядом с нами, связь времен в этом музее, как и в храмах Лавры, ощущается прямо-таки физически.

Мы прощаемся с Лаврой. Проходя через ряды торгующих возле ее стен, скучаю — однообразные псевдорусские сувениры «для иностранцев», какие-то шапки-ушанки, все дорого, не радует глаз. Но вот возле подземного перехода вижу мужичка, будто сошедшего со страниц книг Ивана Шмелева, обвешанного ситцевыми пестрыми фартуками — он громко и весело завлекает покупателей и, конечно, врет: «Покупайте фартуки дочерям в приданое! Всего сто рублей — сам шил себе в убыток!». Мне становится весело и радостно. На ходу достаю деньги, выбираю яркий, «лаптастый» фартук, не останавливаясь, засовываю его в сумку — и все равно отстаю от группы: отец Андрей по-прежнему передвигается с космической скоростью…

Мы всегда выбираем сами

Потом мы купались в ледяной воде целебного источника преподобного Саввы Сторожевского. Здесь мы познакомились со сказочной жительницей Посада — очень старенькой, веселой и бойкой бабушкой. Пока мы, поеживаясь, настраивались войти в обжигающую холодом воду, бабушка шустро нырнула в купель и плескалась там, как в теплом бассейне, погружаясь — 3, 5, 7… Не помню, сколько еще раз…

Но не это больше всего впечатлило меня в старушке — она показалась мне человеком, который, прожив у стен Лавры под покровом преподобного Сергия, смог сохранить в себе какой-то особый аромат прежней, досоветской жизни, будто ее судьба не соприкоснулась с реалиями безбожной эпохи. И то, с какой уверенностью она лечила на наших глазах свое, только сегодня утром разболевшееся колено в источнике, говорило не о потребительском отношении к святыне, как это часто с нами случается, а о простодушном доверии Богу. Так маленькие дети бегут с разбитой коленкой к маме в полной уверенности, что мама немедленно поможет. Сколько их было — таких женщин, чья жизнь в Церкви никогда не прерывалась… Тех, которые прятали у себя иконы, подкармливали и опекали оставшихся без средств к существованию батюшек, помогали тайно крестить у себя на дому детей и взрослых (я и сама окрестилась в доме такой вот бабушки). И читая о них, я всегда спрашивала себя с болью: а мы-то где тогда были, где были наши мамы и бабушки, почему они ничего не знали об этой жизни, которая шла параллельно? Только та жизнь была настоящей, а наша — в каком-то враждебном зазеркалье…

Думаю, Бог открывался верным, видя их готовность к жертве, когда они сами внутри себя делали выбор.

Для христиан все люди должны быть «своими»

На обратном пути мы заезжаем в Хотьково, в Покровский монастырь к преподобным Кириллу и Марии — родителям преподобного Сергия. Когда-то этот монастырь был очень богатым, почитаемым, и сегодня он активно возрождается, расцветает. Вскоре, после того как монастырь был возвращен Церкви, чудесным образом были обретены мощи святых Марии и Кирилла, спрятанные в 1921 году от поругания монахинями. Мы стоим у того места, где они были закопаны, оно обозначено памятным крестом, надгробием.

Ниже на зеленом склоне относительно свежая могила. В ней покоится человек, чьими руками восстанавливался монастырь, без кого это сделать было бы гораздо труднее — такой он был умелец и труженик. Когда основные работы уже подходили к концу, мастер сорвался с лесов…

Экскурсовод — добрая русская женщина, похожая на учительницу, рассказывает об истории монастыря с такой любовью, находя такие слова, что понимаешь: нет для нее на земле места роднее. Рассказ о подвижнике, упокоившемся в этом святом месте, очень трогает, и я спешу поклониться могиле. Вижу на фотографии его еще молодое хорошее лицо и чувствую, что этот совсем незнакомый человек — «свой», родной мне, как и милая женщина-экскурсовод, как тот монах в Лавре, который, давая нам просфоры, так по-доброму, именно как над «своими», подшучивал над паломницами, не знающими, какую требу им лучше заказать. «Своими» я ощущаю и ту сказочную бабушку, и мужичка с фартуками, и прихожан храма из Новоузенска, с которыми приехала сюда и которых я только два дня назад увидела впервые…

Пожалуй, это главный урок, данный мне в эти дни преподобным Сергием: для нас, христиан, все люди — «свои», особенно те, с кем мы связаны самыми крепкими узами — кровью Спасителя.

Мы ведь даже не подозреваем, сколько еще в мире любви и сколько людей, иногда почти незнакомых, молятся о нас.

И еще одно открытие

На обратном пути мы беседуем с отцом Андреем, и я делаю очень важное открытие: в нашей епархии есть еще один замечательный батюшка. Приход в Новоузенске — уже седьмой за шесть лет его священства. И это, конечно, логично — при его-то космической скорости. А если серьезно: мне трудно представить, как человек может выдерживать такое напряжение физических и душевных сил. И мне становится стыдно за глупые обиды на слишком быстрого батюшку, который и бежал-то потому, что не знает другого способа двигаться навстречу святыням…

Елена Гаазе


Комментарии

Оставить комментарий

01 июля 2016 13:05:17 Наталья
Спасибо автору за статью и откровенность. Очень тонко,легко и трогательно написано.Храни Вас Господь.
07 мая 2015 14:15:09 Юлия
Спаси Господи, за такую душевную статью. Тоже хочется пережить такие моменты радости.
25 марта 2014 17:45:56 Игорь
С удовольствием прочитал Ваши заметки!Спасибо!Очень верно подмечено о своих.Подобное испытал и я,побывав на Соловках.Только с каждым новым днём пребывания там  усиливалась тяга остаться.И ещё тихая радость,которая ежесекундно переполняет душу.  
21 сентября 2012 20:53:13 Людмила
Прочитала статью на одном дыхании!  Очень интересно, просто и  доступно. Как будто сама там побывала и все это испытала! Спаси Господи за статью!
17 сентября 2012 22:11:16 Гость
Спаси Господи за статью!

Православный календарь

22 сентября 2017 г. 9 сентября ст.ст. пятница. Седмица 16-я по Пятидесятнице. День постный. Пища с растительным маслом.

Икона дня

Праведные Иоаким и Анна
Праведные Иоаким и Анна

Празднуемые Святые

Празднуемые Святые
Cовершается служба, не отмеченная в Типиконе никаким знакомПопразднство Рождества Пресвятой Богородицы. Совершается служба на шестьПраведных Богоотец Иоакима и Анны. Cовершается служба, не отмеченная в Типиконе никаким знакомМч. Севериана (320). Совершается служба со славословиемПрп. Иосифа, игумена Волоцкого, чудотворца (1515). Cовершается служба, не отмеченная в Типиконе никаким знакомОбретение и перенесение мощей свт. Феодосия, архиеп. Черниговского (1896). Мчч. Харитона и Стратора (Стратоника) (III). Прп. Феофана исп (ок. 300). Воспоминание III Вселенского Собора (431). Блж. Никиты в Царьграде (XII). Прп. Онуфрия Воронского (1789) (Рум.). Сщмчч. Григория пресвитера и Александра диакона (1918). Сщмчч. Захарии, архиеп. Воронежского, Сергия, Иосифа, Алексия пресвитеров, Димитрия диакона и мч. Василия (1937). Прмч. Андроника (1938). Сщмч. Александра пресвитера (1942).

Евангельские чтения

Евангельские чтения
* Чтения прп. Иосифа Волоцкого читаются, если ему совершается служба.
«Мысли на каждый день года» свт. Феофана Затворника
«Мысли на каждый день года» свт. Феофана Затворника
(Еф. 1, 7-17; Мк. 8, 1-10). Насытив четыре тысячи семью хлебами, Господь "тотчас восшед в лодку, прибыл в пределы Далмануфские", как будто ничего особенного не сделано. Таково истинное доброделание - делать и делать, не обращая внимание на сделанное, и всегда забывая задняя, простираться впредняя. У исполненных доброты это бывает как бы естественно. Как богатырь поднимает большие тяжести, не замечая того, а малосильный и малую тяжесть подняв, не может этого забыть; так сильный добротой всякое добро делает без напряжения, только бы случай; а скудный добротою без напряжения не может обойтись: оно и памятно ему, и он все на него посматривает, все озирается. Доброе сердце жаждет доброделания, и не бывает довольно, когда не наделает добра вдоволь, как не бывает сыт человек, пока не наестся. Как здесь, пока чувствуется голод, помнится обед, а когда голод утолен, то все забыто. Так и у истинно доброго помнится доброе дело, пока еще не сделано, а когда сделано, то и забыто.

Фоторепортаж

фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж

Епископ Пахомий принял участие в праздновании дня Собора Саратовских святых
Все фоторепортажи