Даже работа в Церкви второстепенна

Даже работа в Церкви второстепенна — Марина, прежде чем начать работать в Церкви, нужно было прийти в церковь, стать воцерковленным человеком — правда? Как и почему это с вами произошло?

— Мне всегда были близки глубокие вопросы — о цели жизни, о ее смысле. И никогда не была чужда практическая религиозность. Уже подростком — хотя семья наша религиозной не была — я знала, что Бог есть, что я в Него верю и что я принадлежу к христианскому народу и все другое: Восток, буддизм, эзотерика — мне чуждо. В юности, еще учась в техникуме, приходила в храм, слушала службу, даже исповедовалась и причащалась, но, видимо, не хватило чего-то; не нашла я тогда необходимых объяснений происходящему со мной, не смогла четко ответить себе на вопрос, что и зачем мне нужно. Только к концу обучения в Академии права поняла, что мне надо воцерковляться — всерьез, до конца, полностью. Я вообще такой человек, что мне легче — не выбирать, что я должна делать, а что не должна, что мне здесь, в Церкви, нравится, а что не нравится, а прийти и принять все сразу: и посты со средой и пятницей, и поведение, и одежду, и глубокие догматические истины. Не пытаться переделать Церковь на свой лад, а смириться перед ее тысячелетним опытом. Это ведь честнее, правда?

Конечно, это был не выбор жизненного пути и уж тем более — не выбор места работы. Это был выбор веры. Я выбрала и стала ходить в храм. И одновременно — так совпало — познакомилась с миром философии, «мирского мудрования». У меня была возможность сравнить философские труды, которые я читала, и Послания апостола Павла, и это сравнение было — не в пользу первых. У апостола в каждой строчке — бездонная глубина, а в философских текстах всегда виден предел, и не просто предел, а еще и действие страстей, человеческой гордыни, тщеславия, даже блудных помыслов — в интеллектуальной, наукообразной упаковке. Да, Православная Церковь — это мой сознательный выбор. Но нельзя забывать и о другом: приход человека в Церковь — это всегда милость Божия к человеку и Промысл Его в наших судьбах. Господь приводит нас сюда и открывает нам то, что от других скрыто до поры.

— Однако вы не ограничились посещением храма, даже участием в Таинствах, вам сразу захотелось чем-­то здесь помочь — так?

— Мне повезло, я попала в такое счастливое поколение прихожан Троицкого собора. У нас было много людей, которые не просто ходили в храм, а считали своим долгом ему помогать, иначе себя не мыслили. Это были молодые, занятые люди — кто-то учился, кто-то работал,— но они приходили сюда помыть полы, если это было надо, расчистить снег. И мне тоже хотелось что-то делать для храма, а когда человек чего-то благого хочет, Господь не медлит с помощью. Моя первая работа здесь была — разливать крещенскую воду. Это совсем не легкая работа, с семи утра до обеда спины не разогнуть. Но для меня это было очень большой радостью. Ну а потом настоятель, отец Пахомий (теперь — владыка Пахомий, Епископ Покровский и Николаевский) предложил мне преподавать в воскресной школе. Я удивилась: как преподавать, я же не педагог, я юрист! Но это к лучшему оказалось, потому что, когда человек приходит в Церковь, он отрицается себя прежнего, переступает через те понятия о самом себе, которые у него уже сложились.

Потом пришлось заниматься приходской газетой, потом… Я продолжала работать в Академии права, но центр тяжести смещался сюда, в Церковь, пока не сместился окончательно.

Мои родственники, друзья почему-то думают, что раз я была связана с наукой, с философией, то у меня все рационально должно быть. Но я многие вещи сердцем решаю, и мне, слава Богу, не приходилось еще об этом жалеть.

— Работа в Церкви — это служение Богу? Своего рода деятельная молитва? Способ вырасти в вере, укрепиться духовно? Или, наконец, способ уйти от соблазнов и искушений работы в миру? Чем это для вас стало?

— Я пришла в храм не работу искать и не духовника (хотя это сейчас модно — искать для себя каких-то необыкновенных духовников), я пришла искать — как ни странно это для кого-то звучит — Бога. Но Господь был настолько ко мне милостив, что стал очень быстро мне открывать Свою Церковь через мои послушания. Ведь, если разобраться, Богу-то что мы можем дать? Ничего, да и людям-то — под вопросом. Ну, напишем мы сейчас с вами статью, а что и кому она даст, что она в этом мире изменит? Можем ли мы быть уверены в таком успехе?

Церковь сегодня гораздо больше мне дает, чем я ей. Во славу Божию — да, мне хочется сделать что-то доброе; например, в воскресной школе мне хотелось дать детям то, чего не было в моем детстве, открыть для них мир веры. Но такого, что я этим спасаюсь, что это какое-то высокое служение,— такого нет, конечно… И я не люблю вообще об этом говорить.

— А в чем главное искушение работы в Церкви, главный соблазн, или опасность? Может быть, это соблазн успешности — ведь здесь тоже можно быть успешным или неуспешным! — или соблазн подмены служения самореализацией?

— Для меня самое большое искушение — привыкание. Если человек приходит в храм раз в неделю — это все-таки событие для него, а у меня храм все время рядом, каждый день, я все время на его территории, и вот я уже не считаю для себя нужным в него зайти — у меня срочные дела, мероприятие, нужно газету выпускать… Погрузиться с головой в эту деятельность, которая кажется такой важной, такой необходимой, и решить, что духовная жизнь — «приложится». Вот это очень серьезная опасность.

Человек должен быть цельным; целомудрие — оно ведь именно это подразумевает. Чтоб голова у тебя была трезвая и чтоб ты понимал: вот Бог, вот я, вот моя приближающаяся смерть, быстро она приближается или медленно — неважно; моя жизнь — приближение к ней. Вот это главное. А есть вещи второстепенные, в том числе и работа в Церкви, как ни странно это, может быть, звучит. Конечно, это хорошая работа, она лучше, чем работа в казино. Но сама по себе она не спасет.

Второе искушение, или соблазн — повести себя обычно, то есть «нормально» — в ситуациях, которые требуют от нас не совсем обычного, сверхнормального поведения. Никто не судит об автомобилях, скажем, по личности человека, который их продает, но о Церкви всегда судят по тем людям, которые в ней служат и работают. Хотя это, по сути, неправильно и лично у меня очень часто вызывает протест, и я не раз пыталась спорить, доказывать, что грехи людей в Церкви не отменяют благодати Божией. Но наши грехи вводят людей в соблазн. Очень не хотелось бы стать соблазном для кого-то.

— Почему вы приняли такое решение: отправиться вместе с бывшим настоятелем саратовского Свято-Троицкого собора — уже не отцом Пахомием, а владыкой Пахомием — за Волгу и помогать ему в очень трудном деле — создании новой епархии? Личная преданность? Или что-то иное?

— Преданность духовнику — это то, что нам необходимо, и я надеюсь, что она у меня есть. Но из этого не следует, что я не могла остаться в Саратове и продолжать работать в Свято-Троицком соборе. Я могла бы остаться: дел бы у меня по-прежнему было хоть отбавляй и людей, которые мне дороги, здесь достаточно. И к новому настоятелю, отцу Александру Домовитову, я отношусь с уважением. Но я все-таки сделала такой выбор, и он тоже не совсем рациональный, он больше сердцем сделан. Помню, как записывала интервью священника Виталия Колпаченко, когда он служил еще даже не в Хвалынске, а в маленьком поселке, и спросила, каково ему было с семьей уезжать из Саратова в Хвалынский район. Он ответил: если человек живет в русле воли Божией, ему ничего не страшно. У него могут быть скорби, искушения, но он остается собой. А вот если он пошел против воли Бога… тогда хоть в Москву, хоть в Нью-Йорк его посели, он не будет счастлив, он будет чувствовать, что живет вхолостую.

Мы ходили к отцу Пахомию на исповедь, мы говорили ему какие-то высокие слова в день его Ангела — и вот, мы не поможем ему в такой трудной ситуации? Согласитесь, это было бы странно.

— Что оказалось для вас самым трудным, самым серьезным испытанием на новом месте?

— Первое время мы чувствовали себя как дерево, у которого обрубили корни и поставили на асфальт, и сказали: расти. Понимаете, из тепличной атмосферы сложившегося, состоявшегося прихода — на мороз. В город, где никогда не было архиерейской кафедры. Ни времени, ни сил не хватает на все, что нужно сделать. Все можно было бы сделать лучше, если бы было чуть побольше времени и сил… Помогает Сам Господь, я это очень хорошо на себе ощутила. И люди. Люди, которых к нам тоже Господь приводит. Возможностей у нас меньше, чем в Саратове, но люди вокруг очень хорошие.

— А когда наваливается усталость, жалость к себе, депрессия…

— Бывает такое — просыпаешься, и хочется плакать от того, что впереди опять рабочий день. Как справиться? Банальный ответ: исповедь и Причащение. Как говорил один мой знакомый: «Если бы я не причащался, я бы сошел с ума…»

— Вы много работали и продолжаете работать с детьми. Сеете, словом, а всходы-то видите? Зеленеют?

— Господь знает, когда показать всходы. Для меня всходы — это не блестящие ответы на уроках, не победы на олимпиадах среди воскресных школ, нет, всходы — это когда наши дети поступают порядочно. Например, когда нам за первое место на олимпиаде подарили телевизор, а они вдруг предложили отдать его воскресной школе другого храма — потому что там дети маленькие, младше, чем наши. Мне самой бы это в голову не пришло, а им — пришло. Я увидела, что мы все трудились не напрасно.

Записала Марина Бирюкова

Православие и современность


Комментарии

Оставить комментарий

20 июня 2012 19:51:41 Татьяна Кузнецова
Желаю дальнейших творческих успехов всему отделу - молодому, энергичному, ищущему! А Марине Евгеньевне - побольше времени и сил! Очень интересный и полезный материал получился!

Православный календарь

21 августа 2017 г. 8 августа ст.ст. понедельник. Седмица 12-я по Пятидесятнице. Успенский пост. Монастырский устав: cухоядение (хлеб, овощи, фрукты).

Икона дня

Зосима и Савватий Соловецкие с житиями
Зосима и Савватий Соловецкие с житиями

Празднуемые Святые

Празднуемые Святые
Cовершается служба, не отмеченная в Типиконе никаким знакомСвт. Емилиана исповедника, еп. Кизического (815-820). Совершается служба с полиелеемПеренесение мощей прпп. Зосимы и Савватия Соловецких (1566), второе перенесение мощей прпп. Зосимы, Савватия и Германа Соловецких (1992). Свт. Мирона Чудотворца, еп. Критского (ок. 350). Прп. Григория, иконописца Печерского (XII). Прп. Григория Синаита (XIV). Мчч. Елевферия и Леонида (IV). Прмч. Иосифа (1918). Сщмч. Николая пресвитера (1937). Сщмч. Никодима, архиеп. Костромского (1938). Толгской иконы Божией Матери (1314).

Евангельские чтения

Евангельские чтения
* Если совершается служба прпп. Зосимы и Савватия, то на утрене читается Мф., 43 зач., XI, 27-30, а на литургии - дня и преподобных: Гал., 213 зач., V, 22 - VI, 2. Лк., 24 зач., VI, 17-23.
«Мысли на каждый день года» свт. Феофана Затворника
«Мысли на каждый день года» свт. Феофана Затворника
(2 Кор. 5, 10-15; Мк. 1, 9-15). Господь начал проповедь Свою так: "исполнилось время и приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в Евангелие". В конце веков тоже будет сказано: исполнилось время, приблизилось Царствие; но будет прибавлено не "покайтесь и веруйте", а "исходите на суд". Время покаяния и трудов самоисправления кончилось; давай каждый отчет в том, что телом сделал благого или злого. Итак, пока время, поспешите воспользоваться им к своему спасению. Объятия Отчие отверсты к принятию всех приходящих с искренним чувством сокрушения о прошедшем, и с желанием поработать Богу впредь усердным исполнением заповедей Его святых. Для каждого из нас конец века - смерть: она дверь в другую жизнь. Почаще посматривай в нее и повернее для себя определяй: что же потом? - и определивши без жаления себя, примись за труды, чтоб заготовить неготовое ко вступлению туда, где радость нескончаемая, и к отстранению всего, что может подать право слугам тьмы кромешной возобладать нами и увлечь в свою область, откуда не будет уже выхода.

Фоторепортаж

фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж

Архипастырская поездка в Краснокутское, Новоузенское, Ершовское и Архангельское благочиния
Все фоторепортажи