Православное заволжье

Официальный сайт Покровской епархии

Русская Православная Церковь Московского Патриархата

Не осознавая, что ты слаб, сильным быть невозможно

Человеку, впервые читающему Новый Завет, бывает трудно понять, как сила Божия может совершаться в слабости человеческой. Это кажется парадоксом и даже абсурдом, но на самом деле в этом утверждении заключен глубочайший смысл. Мы знаем, что слова об этом – довольно тебе благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи (2 Кор. 12: 9) – были сказаны Господом апостолу Павлу. Святитель Иоанн Златоуст писал, что святой Павел был около полутора метров ростом; мы также знаем, что у него был причинявший ему неудобства и страдания недуг – по мнению некоторых толкователей, гнойный конъюктивит, настолько сильный, что собратья по вере готовы были исторгнуть свои очи и отдать ему (см.: Гал. 4: 15). И когда представляешь себе человека ростом метр пятьдесят, с постоянно слезящимися глазами, которого бьют палками, который борется с какими-то зверями, который попадает в кораблекрушение, которого сажают в тюрьму, но ничто не может остановить его в том деле благовестия, которое он совершает, становится понятно, как в немощи может являться Божественная сила.

Мы все очень хорошо знаем, что такое немощь. Но при этом у большинства из нас всё-таки нет достаточного понимания того, что такое человеческая слабость, и правильного к ней отношения, потому что если бы оно было, то в нашей немощи сила Божия тоже постоянно совершалась бы, причем вполне ощутимым образом. Мы знаем и подчас явственно чувствуем, что благодать поддерживает каждого из нас в состоянии бытия – подобно тому, как ток питает электрическую лампочку и она светит. Тем не менее никаких удивительных подвигов, подобных подвигам апостола Павла, мы не совершаем. Что же мешает в нас тому, чтобы слабость претворялась в силу?

Слабость – друг или враг?

Прежде всего, нужно сказать о том, что большинство наших слабостей – не просто немощи, а греховные привычки, которым мы потакаем.

После грехопадения и ум, и чувства, и воля человека оказались повреждены, а значит, слабы. Мы можем вспомнить множество ситуаций, когда нам трудно было себя превозмочь, волевым усилием подвигнуть к должному, когда нам нелегко было удержаться от лишних эмоций, когда нам тяжело было сосредоточиться умом на молитве, а не скитаться во время молитвенного правила в своем воображении по всей вселенной. Но суть всё же не в этих трудностях, а в том, как мы к ним относимся: чаще всего мы бываем склонны оправдывать себя этим несовершенством и слабостью нашей природы: «Кто без греха? Вот и я так греховно поступаю, я немощный человек». И вместе с тем, если кто-то при этом такому человеку скажет, что он на самом деле безвольный и слабый, это вызовет бурю возмущения, поскольку в глубине души он себя таковым не считает, а только пользуется этим как инструментом. И понятно становится, почему в этой немощи человек себя не перерастает, почему он оказывается не способен ни на что доброе.

И здесь нужно сказать о том, что такое вообще сила человеческая. По большому счету, на свете нет абсолютно сильных людей: человек в любой момент может столкнуться с чем-то превосходящим его силу, и окажется, что в его жизни всё было на самом деле очень хрупко. Причем, как только человек начинает считать себя по-настоящему сильным, он очень часто с чем-то подобным сталкивается.

Я думаю, что подлинная сила человеческая основывается на том, что человек осознаёт за собой некий долг. Для христианина это, конечно, долг христианский – необходимость поступать так, как заповедал Христос. Если человек считает, что умение справляться с трудными обстоятельствами просто некое его качество, его достоинство, то, будучи поверженным, он останется с пустотой, ему не на что будет опереться, и такое крушение идола собственной силы, после которого человек никак не может восстановиться, мы наблюдаем в жизни очень часто. Но если у человека есть чувство долга, которое для него больше, чем его немощь, и даже больше, чем его жизнь, в момент тяжелого испытания он оказывается способным выдержать то, что, казалось, выдержать ему невозможно. Это универсальный закон, действие которого мы видим и в жизни людей неверующих: в истории человечества есть масса примеров, когда люди умирали за идею, за свои убеждения, никак не связанные с религией, и в частности с христианством. Но сама эта способность восходит к тому, что было заложено в человеческую природу Творцом: когда ты стоишь до конца за что-то, что для тебя важнее всех земных благ, ты превозмогаешь свою человеческую слабость.

Об этом можно сказать еще и так: насколько человек готов превозмогать свою слабость, настолько он будет сильным. А следовательно, не осознавая, что ты слаб, сильным быть невозможно. И не только осознавать нужно, но и видеть свои слабости, не отгораживаться от них иллюзиями.

С недостатками, как и с реальными врагами, мы можем справиться только в том случае, если будем знать их в лицо. И это, кстати, еще один важный момент: для того чтобы с помощью Божией ту или иную слабость перерасти, научиться действовать вопреки ей, нужно считать ее своим реальным врагом. Для нас же собственная немощь – это зачастую привычный сосед, друг, а подчас и вовсе будто бы кто-то самый родной и близкий. Когда человек со своей немощью носится как с писаной торбой, у него возникает странное чувство: будто бы он от этого имеет какую-то отдачу, будто бы именно так ему жить наиболее выгодно. Но на самом деле он, сам того не замечая, теряет и без того невеликие свои силы. Нужно отрывать от себя свои страхи, свои «не могу, не хочу, не буду», с которыми мы срослись, но которые отнюдь не безобидны для окружающих и для нас самих, – потому что всё это паразитирует на лучшем в нас, мешает раскрыться заложенному в нас Богом.

Только Бог знает, какое расстояние мы прошли

Вместе с тем, борясь со своими несовершенствами, прилагая к этому все силы, христианин должен всегда помнить о том, что сам он – лишь череда нулей, а единицу к ним, по слову преподобного Паисия Святогорца, может приписать только Господь. Приписать в любом месте этой череды и тем самым возвести нас в ту величину, в которую захочет: Не вы Меня избрали, но Я вас избрал (Ин. 15: 16). Только тогда, когда человек понимает, что он действительно без Бога не может ничего, начинается в нем то познание своей немощи, которое становится для него источником силы.

К сожалению, иногда верующие люди представляют себе врага нашего спасения слишком мягким. Им кажется, что, если при встрече с чем-то, в духовном плане угрожающим, принять подчиненное, бездеятельное положение, подобно тому как маленькая собачка переворачивается на спину при нападении большой собаки, врага эта картина умилит и он ослабит свои нападки. Но умиляться никто не будет – напротив, страсти начнут действовать в нас с удесятеренной силой, потому что противник наш может удовлетвориться только одним – нашей окончательной погибелью.

Как человеку достичь того, чтобы, с одной стороны, быть деятельным, а с другой – быть всегда готовым, подобно апостолу Павлу, сказать: собою же не похвалюсь, разве только немощами моими (2 Кор. 12: 5)? На самом деле здесь нет никакого противоречия: как только человек встает на путь делания и исполнения в своей жизни заповедей евангельских, он понимает, насколько мало он может сделать. Это такой жизненный путь, который подобен беговой дорожке: ты куда-то идешь, идешь, привыкаешь к нагрузкам и даже вроде бы восходишь от силы в силу, но под твоими ногами словно полотно, которое движется в обратном направлении. Ты ускоряешься – и оно тоже ускоряется, и только Господь может оценить твой труд, только Бог знает, какое расстояние мы на самом деле прошли. Потому и об окружающих не можем мы судить, насколько они продвинулись к Богу, сколько они сделали в своей духовной жизни. Единственный критерий, который нам доступен и который мы должны применять прежде всего к самим себе, заключается в том, что правильная христианская жизнь всегда совершается с напряжением внутренних сил. И это мы можем увидеть: живет ли человек на пределе своих способностей или как-то прохладно.

Жить на пределе своих способностей не значит, подобно древним подвижникам, всю ночь обходиться без сна, питаться черствым хлебом, а в горячую пищу, если случается ее вкушать, примешивать золу. Речь идет об отношении к обычным, повседневным обстоятельствам жизни: насколько мы оказываемся в них неравнодушными, сердечными, мужественными. Господь знает, из какой точки начинался путь каждого из нас, и для Него важно не то, чего мы добились, а то, как нам было больно и трудно и насколько мы, несмотря на это, старались. И если мы об этом будем помнить, то не будем от своих слабостей ни унывать, ни приходить в отчаяние – но будем делать всё необходимое с упованием на то, что Господь даст нам ту силу, которая недостаток нашей собственной силы компенсирует.

 
Поделиться в: