Уроки любви к Церкви и Отечеству: книжное наследие митрополита Вениамина (Федченкова)

Уроки любви к Церкви и Отечеству: книжное наследие митрополита Вениамина (Федченкова)

Любая юбилейная дата — хороший повод для того, чтобы оглянуться в прошлое и попытаться понять его. В текущем году мы отмечаем одну из таких дат. Столетие назад наше общество пережило страшный перелом, который поставил людей, родных по крови, по культурной идентичности, по разные стороны баррикад. Как отметил в своем докладе на открытии XXV Международных Рождественских образовательных чтений Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл: «Главная трагедия народа заключалась в том, что, одурманенный сомнительными популистскими идеями, он позволил оболгать национальную историческую память, надругаться над своей традицией, позволил разделить себя на враждующие лагеря и поставить политические и социальные различия выше национального единства и культурной общности».

К сожалению, это разделение не преодолено до сих пор: и по сей день для кого-то 1917-й — это год великой революции, а для кого-то — год убиения первых новомучеников. Мы часто выносим суд и событиям прошлого, и, тем самым, своим предкам, забывая о том, что наши знания ограничены, а по-настоящему справедливый суд лишь у Бога.

Но как же нам понять события столетней давности, как извлечь из них уроки? В наш век мы легко можем получить информацию, вспомнить даты, статистику, познакомиться с данными когда-то секретных архивов. Но для настоящего понимания тех людей и тех событий нам важнее побеседовать с человеком, который жил в это время. Конечно, он мог ошибаться, не осознавать тех глобальных исторических процессов, в которые был погружен, но зато он лично видел многое из того, что для нас превратилось в сухие цифры статистики или идеологические штампы.

Возможность такого диалога с человеком, который жил столетие назад, нам предоставляют книги. И я предлагаю вам познакомиться с книжным наследием митрополита Вениамина (Федченкова) — удивительного человека, в жизни которого отразились многие события той эпохи. Читатель, который откроет его книги, найдет в авторе не только интересного повествователя, но и замечательного собеседника. Для нашего современника станут настоящим откровением особенная вдумчивость, неспешность, детская простота и открытость, а самое главное — поразительная любовь и деликатное уважение к каждому человеку. К каждому, независимо от того, по какую он сторону баррикад. «НУЖНА ЛЮБОВЬ СПАСАЮЩАЯ. Нужна и к той, и к другой стороне, иначе странно было бы: одним помогать, а другим вредить... Но как же это соединить?»[1], — спрашивает себя владыка.

Сама жизнь владыки Вениамина напоминает захватывающее повествование, полное удивительных встреч и самых неожиданных событий. Поэтому его автобиографические книги читаются как художественный роман. Будущий владыка, в миру Иван Афанасьевич Федченков, родился в Кирсановском уезде Тамбовской губернии в семье простых сельских тружеников. Отец, Афанасий Иванович Федченков, родился крепостным, затем многие годы служил конторщиком у господ Боратынских. Мать, Наталья Николаевна, вела хозяйство. Во многих своих произведениях владыка Вениамин вспоминает о родителях, которые, несмотря на нужду и сословные ограничения, смогли дать своим шестерым детям и образование, и живую веру в Бога. Три брата — Иван, Сергей, Александр — закончили духовные школы. Владыка вспоминает, что мать всю жизнь «понедельничала» за детей — взяла на себя подвиг дополнительного поста для их благополучия и несла его незаметно для всех.

Трудолюбие и огромное желание учиться помогли юноше закончить духовное училище, семинарию, а затем академию и стать одним из лучших педагогов своего времени. Казалось бы, впереди понятное поприще ученого монаха. Но привычный ход жизни нарушила революция, о которой владыка Вениамин много пишет и размышляет в своих произведениях. В этих размышлениях совсем нет обличительного пафоса, каких-либо лозунгов, а есть лишь глубокий взгляд мудрого человека, который понимает, что все в жизни происходит по Промыслу Божиему.

Приводя многие примеры из жизни, приходит владыка к такому выводу: помещичий и богатый класс жил совершенно обособленной от народа жизнью, либералы-земцы еще дальше были от народного сердца, чем даже иные крепостные господа; богатство ставило стену между народом и купечеством. Этот разрыв между правящими классами и простым народом к началу ХХ века стал таким непреодолимо глубоким, что «не случайно произошла революция»[2].

Весной 1920 года по приглашению генерала П.Н. Врангеля владыка Вениамин возглавил военное и морское духовенство Русской Армии, образованной в мае 1920 года из реорганизованных Вооруженных сил Юга России. Как епископ Армии и Флота (таков был новый титул владыки) он координировал деятельность военных священников, принимал участие в организации дней всенародного покаяния, в организации крестных ходов, и очень скоро столкнулся с теплохладностью и даже безрелигиозностью многих белых вождей и воинов. Но ради бесконечно дорогой для него части белого воинства, воевавшей «за Бога и Родину», он прошел вместе с белыми до конца и оставил пределы России в ноябре 1920 года.

Начался период жизни в эмиграции, который владыка Вениамин, любивший свою Родину, считал изгнанничеством, подчеркивая ее недобровольный характер. Он жил в Константинополе, в Болгарии, в Америке, но сердцем всегда стремился на Родину, горячо поддерживал русский народ.

Вот что о владыке Вениамине пишет митрополит Антоний Сурожский: «Помню, как-то на Трехсвятительском подворье — я пришёл почему-то поздно, и вижу: Владыка Вениамин лежит на каменном полу, завернувшись в свою черную монашескую мантию, даже без подушки, — просто лежит. Я ему говорю: “Владыка, что Вы здесь делаете?” — ”Ты знаешь, я здесь спать устроился”. — “Как, у Вас разве комнаты нет?” — “Знаешь что, сейчас на моей кровати спит один нищий, на матрасе другой, ещё один спит на подушках, а ещё другой — на моих одеялах. Так я здесь устроился, потому что в мантии моей мне тепло”. Вот это для него типично. В это время действительно было голодно… Денег никаких не было. Но Владыка Вениамин умел вдохновить всю службу, вот так ее к небу возносить... Единственное, чем он для меня памятен: своим лежанием на каменном полу и возношением богослужения к небу»4],.

29 июля 1927 года в Советском Союзе была опубликована Декларация о лояльности советской власти Патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского). В этом документе, написанном под сильнейшим давлением и, как считают некоторые историки, при непосредственном участии представителей богоборческой власти, митрополит призывал к мирному соработничеству с государственной властью. Он пошел на этот шаг с риском потери своего доброго имени, уважения духовенства и верующих мирян, для того, чтобы сохранить Церковь в условиях тоталитарного государства. «Только кабинетные мечтатели могут думать, что такое огромное общество, как наша Православная Церковь… может существовать в государстве спокойно, закрывшись от власти»[4], — говорилось в Декларации.

Многие священнослужители русской эмиграции не приняли этот документ, посчитав выраженное в нем лояльное отношение к богоборческой власти предательством веры и Церкви. Чтобы понять, как относиться к позиции митрополита Сергия, владыка Вениамин отслужил «сорокоуст» — сорок Литургий, внимательно прислушиваясь к тому, что происходит в его душе. Свои мысли он заносил в дневник, опубликованный под названием «Святый сорокоуст. Мысли по поводу указов Митрополита Сергия». И в завершение этого молитвенного делания он принял и понял позицию митрополита.

18 февраля 1948 года митрополит Вениамин вернулся на Родину и был назначен на Рижскую кафедру. «Радуйтесь, всегда радуйтесь, и в скорбях радуйтесь», — такими словами он приветствовал свою новую паству. Позже владыку перевели на Ростовскую кафедру, где он пробыл до конца 1955 года. В эти годы он особенно сблизился со святителем Лукой (Войно-Ясенецким).

В ноябре 1955 года владыка Вениамин стал митрополитом Саратовским и Балашовским. Новое назначение было связано с тем, что в Саратове действовала духовная семинария, и поэтому там требовался архиерей с высшим богословским образованием и опытом педагогической деятельности. Владыка Вениамин перенес инсульт, часто болел, но в период новых гонений в конце 50-х годов призывал свою паству к твердому стоянию за веру и Церковь. 

В феврале 1958 года владыка ушел на покой и поселился в Свято-Успенском Псково-Печерском монастыре. Владыку Вениамина посещал и очень почитал будущий замечательный печерский старец отец Иоанн (Крестьянкин). Он любил цитировать слова владыки, выстраданные опытом: «Мы представляем собой существенную ненужность и никому не нужны, кроме Бога»[5]. 4 октября 1961 года владыка Вениамин скончался и был погребен в пещерах монастыря.

Пребывая на покое в Псково-Печерском монастыре, владыка Вениамин приводил в порядок разрозненные рукописи. Его наследие составило 18 тысяч машинописных страниц. Значительная часть — воспоминания о тех, с кем довелось встретиться, и о ком бы ни писал владыка, его воспоминания полны самой искренней любви: Господь наградил его редким даром видеть в людях самое хорошее и святое. Это прекрасный писатель — интересный, душевный, теплый. За каждой его строчкой видишь образ человека, который пишет не отвлеченно, а пропускает всё через свое сердце.

Начать знакомство с наследием митрополита Вениамина стоит с его исторических и автобиографических книг. «На рубеже двух веков» — практически его автобиография, в которой читатель найдет яркие портреты современников автора. «Вы жили на рубеже двух эпох, много видели в обеих — все это само по себе интересно. Но думаю, что это было бы важно и для истории: она будет писаться на основании разных документов, а ваши воспоминания незаурядные, вы приняли новую эпоху не легко и не сразу, потому ваши переживания особенно важны как материал для будущего историка», — говорит один из собеседников владыке Вениамину, а нам — тем, кто сегодня изучает историю той эпохи — остается лишь согласиться с его словами.

Замечательные книги: «На Северный Афон» — о паломничестве еще юного академиста на Валаам и о его духовных размышлениях, «Божьи люди» — о встречах со святым праведным Иоанном Кронштадтским, преподобным Варнавой Гефсиманским, простыми монахами, сельскими священниками, безвестными праведниками из простого народа. Эти книги написаны простым, доступным языком, вызывают живой интерес и желание приобщиться к наследию русских монастырей, русского старчества. Эти небольшие, зачастую незамысловатые рассказы о русских праведниках позволяют нам прикоснуться к настоящему богатству нашего народа и осознать уровень трагедии, которую он пережил в ХХ веке.

Знакомясь с творчеством митрополита Вениамина, нельзя обойти вниманием его литургическое наследие, которое поможет читателям лучше понять молитвы и богослужение Православной Церкви. Книгу «Молитва Господня» многие наши современники называют одним из лучших толкований молитвы «Отче наш». Владыка Вениамин последовательно и подробно разбирает каждое слово молитвы, опираясь на Священное Писание и святоотеческое наследие. О вере, богопознании он пишет просто, проникновенно и вместе с тем смиренно. Владыка много рассказывает о личном опыте, переживаниях, вспоминает случаи из своей жизни. «Молитва Господня» — книга-разговор, на страницах которой происходит живое общение автора и читателя.

В книге «Небо на земле» собраны размышления о Божественной литургии святого праведного отца Иоанна Кронштадтского. В цикле работ, посвященных двунадесятым праздникам, владыка Вениамин не только рассказывает об их истории, особенностях богослужения, но и делится с читателями своими сокровенными переживаниями и размышлениями. Поэтому прочтение книги становится не уроком, а настоящей вдумчивой и задушевной беседой.

Чему нас с вами может научить знакомство и с книгами, и с жизнью митрополита Вениамина (Федченкова)? Любить Церковь, любить свою Родину, несмотря ни на какие внешние перемены. Доверять Богу, видеть во всем происходящем Промысел Божий о каждом человеке, о народе, о стране. А еще понимать и прощать всех окружающих людей, по слову владыки: «Не будем винить, а лишь поймем всё»[6]. Этого отношения владыки Вениамина не понимали ни в советской России, ни в крайне политизированных эмигрантских кругах за рубежом. Но, может, спустя столетие, оно обращено именно к нам?

Епископ Покровский и Николаевский Пахомий




[1] Митрополит Вениамин (Федченков). Два сорокоуста. // http://predanie.ru/veniamin-fedchenkov-mitropolit/book/72290-dva-sorokousta/


[2] Наталья Горенок. «Сердцем веруется в правду». Жизнь и книги митрополита Вениамина (Федченкова). Православие и современность № 8 (24) за 2009 год.


[3] Митрополит Антоний Сурожский. Видные деятели русской эмиграции. https://azbyka.ru/otechnik/Antonij_Surozhskij/vidnye-dejateli-russkoj-ehmigratsii/1


[4] Декларация митрополита Сергия // http://drevo-info.ru/articles/2463.html


[5] Наталья Горенок. «Сердцем веруется в правду». Жизнь и книги митрополита Вениамина (Федченкова). Православие и современность № 8 (24) за 2009 год.


[6] Митрополит Вениамин (Федченков). На рубеже двух эпох. М.: Правило веры, 2004. С. 343.


Православный календарь

21 октября 2017 г. 8 октября ст.ст. суббота. Седмица 20-я по Пятидесятнице. Поста нет.

Икона дня

Преподобный Трифон, архимандрит Вятский
Преподобный Трифон, архимандрит Вятский

Празднуемые Святые

Празднуемые Святые
Cовершается служба, не отмеченная в Типиконе никаким знакомПрп. Пелагии (457). Прп. Досифея Верхнеостровского, Псковского (1482). Прп. Трифона, архим. Вятского, чудотворца (1612). Собор Вятских святых. Св. Пелагии девы (303). Прп. Таисии (IV). Сщмчч. Димитрия, архиеп. Можайского, и с ним Иоанна диакона, прмчч. Амвросия и Пахомия, прмц. Татианы, мч. Николая, мцц. Марии и Надежды (1937). Сщмчч. Ионы, еп. Велижского, прмч. Серафима, сщмчч. Петра, Василия, Павла, Петра, Владимира пресвитеров, мчч. Виктора, Иоанна, Николая и мц. Елисаветы (1937). Прмч. Варлаама (конец 1930-х).

Евангельские чтения

«Мысли на каждый день года» свт. Феофана Затворника
«Мысли на каждый день года» свт. Феофана Затворника
(Лк. 5, 27-32). "Я пришел призвать не праведников, а грешников к покаянию". Какое утешение для грешников! Но надобно отстать от грехов и творить одно добро; да и творя добро, все же почитать себя грешником и притом не на языке, а в сердце. Не греши, а все же, как настоящий грешник, кайся и взывай ко Господу о помиловании. Когда будешь так настроен, значит стоишь во истине; коль же скоро поддашься на праведность и станешь считать себя безгрешным, знай, что ты уклоняешься от пути правого и пошел к тем, которым нет спасения. Как совместить исправную жизнь с чувствами грешности - об этом спрашивают только книжники, которые пишут, а не делают; кто идет деятельным путем, для того это ясно до того, что он понять не может, как можно быть тому иначе.

Фоторепортаж

фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж

Освящен храм Покрова Божией Матери на Волге
Все фоторепортажи