Православие — это вся жизнь

Православие — это вся жизнь

Интервью с нашим гостем — Епископом Касимовским и Сасовским Дионисием, который приехал в Покровск на День Ангела Епископа Пахомия, — изначально я планировала посвятить жизни его не так давно образованной епархии. А получилась важная и увлекательная беседа о жизни духовной, об общем для всех нас пути в Царствие Небесное.

 

— Владыка Дионисий, в одном из своих интервью Вы сказали, что осознанная церковная жизнь у Вас началась во время обучения в Рязанском государственном университете им. С. А. Есенина. Учеба на историческом факультете помогала или мешала воцерковлению?

— Я выбрал историю из всех гуманитарных наук, потому что она в какой-то степени давала ответы на духовные вопросы. С пяти лет я помню себя верующим ребенком, хотя семья моя была далека от веры. Помню, как в этом возрасте меня впервые взяли к дедушке на могилку. Я походил по кладбищу, подумал и сказал дома маме: «Мы ведь не умрем. Смерти нет».

На протяжении всего обучения в школе я пытался извлечь информацию о вере, о Церкви из всех возможных источников. Перечитал все антирелигиозные издания, пытаясь найти то, что меня влекло с самых юных лет. Смотрел взахлеб исторические фильмы, постановки. А в альбомах рисовал крестные ходы, соборные богослужения. Во всем этом я чувствовал что-то очень родное.

Вспоминаю одного из своих лучших преподавателей — известного рязанского краеведа Н. Г. Соколова. Он называл себя убежденным, но при этом благословил меня разрабатывать тему, посвященную рязанским монастырям. И всегда относился ко мне с искренним уважением именно за то, что я в храм ходил.

Причем в храм я регулярно стал ходить именно в университетские годы. Мы с друзьями очень любили ходить пешком по городу. И вот однажды мы с другом шли мимо кафедрального собора и услышали колокольный звон. Решили зайти. Была вечерняя служба накануне дня памяти Архангела Михаила. Служил архиепископ Симон (Новиков) — удивительный человек, который одним своим видом являл живое свидетельство исповедничества.

Помню, как поразило меня все в храме — совершенно необычное для меня, но до щемящей боли в сердце близкое. Когда мы вышли из храма, друг сказал: «Надо еще придти». Я ответил: «Давай придем». Но он так и не пришел. А я начал ходить каждую субботу.

— Почему так бывает: один пришел и остался, а другой ушел?

— Потому что в ответ на Божий призыв нужно еще что-то сделать. Господь зовет, но насильно не тянет. Это свидетельство Его высшей любви к людям. Мы ведь тоже считаем, что любим близких. Но если посмотреть правде в глаза, то часто это не любовь, а какой-то концлагерь для любимого человека. Родители настолько подавляют детей своей любовью, что дети становятся несчастными до конца жизни и рождают таких же несчастных детей. Супруги, бывает, становятся такими врагами, что и вообразить невозможно. А любовь Божия оставляет нам свободу. И при этом Господь не говорит: «Раз ты не выбрал, вот и оставайся». Ничего подобного. До конца жизни продолжается Его стук в двери нашего сердца.

Любой верующий человек знает, что мы живем духовной жизнью не одинакового напряжения. То подъем, то спад и уныние. И вот уже еле-еле влачим себя по этой жизненной дороге. А потом опять вдруг солнышко засияло и силы появились. Откуда? Из самих себя, что ли? Нет, конечно, Господь посетил, увидел, что дом «пуст и пался есть». Он пришел, все тихонечко убрал, и через окошко засиял свет невечерний. И ты опять наполнен и жизнью, и силами.

Нет ничего более сильного и святого, чем Божия любовь. Нам бы так научиться. Ведь Он, когда приходит нашу грязь убирать, ни условий не ставит, ни обещаний никаких не берет. Не как мы: «Я тебя прощу, если…». И дальше длинный список условий.

— Практически сразу после окончания университета Вы поступили в Свято-Иоанно-Богословский мужской монастырь Рязанской епархии. Почему Вы выбрали для себя именно эту обитель?

— Я выбрал не монастырь, а старца — архимандрита Авеля (Македонова). Сначала я услышал, с каким уважением отзываются о нем верующие люди. Потом увидел фотографию в газете. Проникся уважением, потому что печать Божественной любви всегда на батюшке почивала. Но встретиться с человеком святой жизни, честно говоря, побаивался.

Однажды мы с другом поехали в Николо-Чернеевский монастырь. А батюшка приехал туда же служить на летнюю Казанскую. После чая вышли мы с другом из корпуса, а навстречу нам идет отец Авель. Благословились, а он мне и говорит: «Давно хотел с Вами познакомиться». Я тогда вел православную передачу на Рязанском телевидении. После праздничной Литургии мы поехали по святыням Шацкого края. И до сих пор я считаю тот день с отцом Авелем, наполненный молитвами у святынь, самым счастливым в своей жизни.

Потом батюшка пригласил нас в Иоанно-Богословский монастырь. Затем я попал на монастырское подворье в Рязани, нес послушание на клиросе. Во всех жизненных затруднениях ездил за советом к отцу Авелю. К концу учебы в университете стал все больше задумываться о монашеском пути. Но при этом я даже представить себе не мог, что могу поступить в Богословский монастырь. Мне казалось, что это академия духовная, а мне бы в школу воскресную. Но батюшка сказал: «Я думаю, тебе надо быть у нас». А дальше все было и просто, и сложно одновременно.

— Чем Вам больше всего запомнился отец Авель?

— Во-первых, батюшка обладал даром любви. Мы привыкли говорить о любви, книги издавать на эту тему. А он являл ее на деле. Когда оказываешься рядом с таким человеком, понимая свою греховную испорченность, ожидаешь, что он обрушится на тебя гневом, обличением. И понимаешь прекрасно, что все это заслужил. Но чем глубже падение, чем темнее сердце, тем больше сострадание, внимание и самоотдача батюшки. Ощущение, что ты весь объят этой любовью. И выходишь совсем другим человеком, желающим изменить свое сердце.

Кроме этого, ему был дан дар рассуждения, который не всегда интересует тех, кто ищет в наши дни старцев. Их ведь больше целители и чудотворцы привлекают. А к нему приезжали люди, которые запутались в своих правдах и неправдах. Вроде бы все понимаешь, но не ясно, как поступить. И порой до помыслов о самоубийстве доходило. В семье, на работе все рушится, а почему — непонятно. И приезжает такой человек к отцу Авелю, начинал свой рассказ. Батюшка немного послушает и вопросы начинает задавать: «Ты полгода назад это и это сделал? Только ты, милый, правду скажи». Потрясенный человек соглашается. В этом, оказывается, и был надлом. А далее батюшка советует: «С этим примирись, это исправь. И Господь поможет». Он всегда ставил точнейший духовный диагноз, и человек вылетал, как на крыльях.

– Как ему удавалось совмещать труды настоятеля и старческое служение?

– Дело в том, что ему племянник помогал – нынешний Иваново-Вознесенский Митрополит Иосиф. Он сам из военных. Молодым офицером приехал в монастырь на недельку пожить, потом вернулся, написал рапорт об увольнении и уехал в монастырь насовсем. Поэтому в обители была удивительная обстановка – игумен полностью сосредоточен на духовном окормлении людей. А человек, который занимается монастырским хозяйством, находится у него в полном послушании.

— Вам как наместнику, позже возглавившему Иоанно-Богословский монастырь, досталось трудов по возрождению обители?

— Я думаю, что любому наместнику этого монастыря, и тогда, и сейчас, достается своя доля трудов. Меня иногда спрашивают: «Владыка, Вам, наверное, сейчас тяжелее, забот больше?». Я отвечаю: «Нет, мне было тяжелее, когда я стоял в игуменской стасидии и держал жезл отца Авеля». И груз забот, и ответственность, и необходимость хоть в чем-то соответствовать своим предшественникам, которых хорошо помнили братья. А с другой стороны, монастырем по-настоящему управляет апостол Иоанн Богослов, тебе нужно только трудиться и набраться веры, терпения.

– Каковы особенности монастырского устава?

– Он приближен к святогорскому, насколько это возможно. В монастыре вечерня служится вечером, а утреня – утром, что совершенно по-другому выстраивает день. Подъем в 5.00, потому в 5.30 утренние молитвы, полунощница, молитва по четкам – 100 поклонов Матери Божией, утреня, часы, Литургия. Примерно до 11.00. Великим постом в первые дни никто не пьет и не ест, весь пост одна трапеза – без ужина. Помню, что через первую седмицу еще нужно было пройти. И когда мы слушали житие преподобной Марии Египетской, оно воспринималось не как легенда, а как совершенно реальная история.

Святогорский устав – это не красивый внешний обычай. Он выстраивает особый ритм монастыря, который помогает иноку жить по-монашески.

— С 2011 года Вы возглавляете новообразованную Касимовскую епархию. Опыт управления монастырем помогает Вам в этом послушании?

— Любой архиерей остается монахом, хочет он того или нет. Поэтому понимаешь, что какую бы ты митру ни носил, все равно под одеждами у тебя параман, на котором написано: «Аз язвы Господа моего Иисуса Христа на теле моем ношу». И в конце спросят: «Ну и как ты их носил?».

Относительно помощи… Я в монастыре научился слушаться. И мне всегда тяжело, когда в своей архиерейской жизни я сталкиваюсь с человеком, который не имеет об этом понятия. А ведь вся церковная жизнь построена на этом принципе. Ты говоришь: «Благословите». И даже если понимаешь, что не можешь этого сделать, то за послушание происходит настоящее чудо: находятся силы, время, возможности. А если говоришь: «Ну, это невозможно!», — то церковная жизнь тут же превращается в бытие светской коммунальной квартиры, которое не приносит ни сил, ни радости. И это не получится, и еще чего-нибудь вдобавок.

Вот в монастыре я научился слушаться. Причем не тогда, когда моей жизнью руководил отец Авель или владыка Иосиф, а когда был наместником монастыря. Слушаться не только архиерея, но и братию. Научаешься относиться к братии как к своему послушанию. Ведь и у наместника, как и у архиерея, фактически нет никаких рычагов влияния. Только взаимная любовь, терпение, служение брату. И после этого происходит чудо — человек все понимает и начинает трудиться с еще большим рвением.

Я себя сейчас воспринимаю, как слугу, учителя, няньку, врача, иногда участкового. Но в первую очередь именно как слугу тех священников и тех прихожан, которые живут и трудятся в нашем крае.

— Касимов — старинный русский город с богатой историей. Влияет ли это на мироощущение современных его жителей?

— Когда им об этом напоминаешь, люди отзываются. Такое ощущение, что они просто забыли или засуетились. Поэтому очень важно — напоминать. Очень важно, чтобы пастырь проповедовал, пример показывал. А если отчаяться: «Никому ничего не надо!», — то ничего и не будет.

— Владыка, на протяжении всего своего церковного пути Вы много учитесь сами и учите других людей. Как Вы думаете, что обучение дает верующему человеку?

— Христианство — это религия книги. А если ты не имеешь доступа к книге — по лености или потому, что никто не научил, — ты не можешь веровать право. Православие подразумевает образование как важнейший фундамент веры. Ведь когда мы отправляемся в путь, то сначала изучаем дорогу. А как можно дойти до Царствия Небесного, не зная туда пути?

— А кто лично Вам указывает этот путь?

— В последнее время я для себя греческих духовников открыл. Недавно прочитал книгу старца Ефрема Филофейского «Моя жизнь со старцем Иосифом», и она меня полностью перевернула. Думаю, что если бы прочитал ее раньше, многих ошибок не сделал бы. А так на одном повороте жизненном один святой отец направил, на другом — другой.

Православию невозможно выучиться, пройдя курс в образовательном центре. Это вся жизнь. Путь у нас один, но пройти его можно по-разному, есть варианты. Мы все идем в Град Царя Великого, но кто-то бежит, кто-то ползет, кто-то в канаве лежит и только желает начать наконец двигаться. Но есть дороги, которые уводят в совершенно другую сторону. И в них тоже нужно разбираться, чтобы не сбиться с главной магистрали.

Беседовала Марина Шмелева


Комментарии

Оставить комментарий

Православный календарь

21 сентября 2017 г. 8 сентября ст.ст. четверг. Седмица 16-я по Пятидесятнице. Поста нет.

Икона дня

Рождество Пресвятой Богородицы
Рождество Пресвятой Богородицы

Празднуемые Святые

Празднуемые Святые
Совершается служба великому праздникуРождество Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии.
Прпп. Иоанна (1957) и Георгия (1962), исповедников (Груз.). Cовершается служба, не отмеченная в Типиконе никаким знакомИконы Софии, Премудрости Божией (Киевской). Чтимых икон Рождества Богородицы: Сямской (1524), Глинской (XVI), Лукиановской (XVI), Исааковской (1659). Икон Божией Матери: Курской-Коренной "Знамение" (1295), Почаевской (1559), Домницкой (1696), Холмской и Леснинской (1696).

Евангельские чтения

«Мысли на каждый день года» свт. Феофана Затворника
«Мысли на каждый день года» свт. Феофана Затворника

Фоторепортаж

фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж фоторепортаж

Епископ Пахомий принял участие в праздновании дня Собора Саратовских святых
Все фоторепортажи